Начинаю переносить их сюда.

 

Волшебник берёт в левую руку волшебный стержень  и на несуществующем,но однако всем доступном и широкообозримом полотне начинает свой самоурок левописания.

Левописание — занятие довольно трудное, ведь  в школах, университетах и вообще везде учат правописанию. Считается, что правописание — это ох как нужно и везде полезно, а левописание — это ерунда и кто захочет тот сам научится. Правописание активно применяется для бюрократической деятельности, которая есть несомненно деятельность архиважная и зело необходимая всем и вся. Именно правописание помогает правильно оформить заявление,объяснительную, жалобу.

 Тем временем Волшебник уже написал на несвоём но таком его несуществующем полотне букву «С». И смотрит с сомнением. На самом-то деле не «С», а «Ю», но «Ю» пока не согласная. Волшебник, конечно**, очень надеется, что «Ю» когда-нибудь будет согласной(желательно — очень скоро), но он знает, что это дело решится вне зависимости от его мнения и желаний, а его лишь поставят в известность. На то она и «Ю». Поэтому пусть будет «С». Или…? Да ладно, пусть будет «С».

Так вот, в науке,работе,в образовании — правописание вещь незаменимая. А левописание с древнейших времён интересовало всяких странных людей. Каких-то просто чудаков. И писали они с помощью этого дела всякую ерунду, и закончили плохо(ну вы знаете- всякие Моцарт, Пушкин). Потому что «лево». Когда правописанием занимаешься, что нужно сделать перво-наперво? Всё, что слева, выключить, закрыть,забыть вообще об этом. Иначе всё это мешать будет великой науке правописания — на то оно и левое. Ну, в голове только наоборот, правое выключить, левое на полную врубить — в шее всё как-то шиворот навывороти меняется. Говорят,раньше всё правильно было — что в голове левое, то и у тела левое. И  человек тогда лицом назад повёрнут был. Видно было человеку хорошо всё, что позади, а что впереди  — не ведомо. Но видеть то, что впереди ожидает, было и не обязательно. Как-никак, уши у человека и тогда были, так что всё — что позади осталось, что впереди ждёт, услышать можно было — прислушаться надо было. Понятно? ПриСЛУШАТЬся. Да и нюх у человека был хороший, и вкус замечательный.Послушает человек, да принюхается, да посмотрит на то, что позади — и понятно станет ему, что впереди ждёт. А как близко подойдёт — так потрогает да попробует.

Да вот только глупый человек. Торопливый. Сразу видеть захотел — что впереди. Всё поворачивал,поворачивал голову — да и свернул шею-то. И что голове — лево, то телу —право стало. И наоборот. Вот так и ходит теперь человек — видит хорошо, что впереди, да не понимает ничего. Что позади-то — забывает сразу. Память у него короткая, да и со свёрнутой шеей голова уж и не так работает. А слух хоть и остался, да не пользуется он им, и не пытается СЛУШАТЬ, нюх же совсем пропал. Принимает скалу за замок, облака за караван.И миражи всякие, на оазисы похожие, путают его, заводят в пустыню вместо сказочных садов, которые хоть и есть, но вообще в другой стороне. И уже может человек руку протянуть и понять, что нет ничего, что обман это всё — да поздно уже. Так у человека и вкус пропадает — столько шариться по миражам не евши да не пивши. Пусть спасибо скажет, что жив остался, если остался.

А тем временем Волшебник написал рядом с буквой «С» букву «К». Которая тоже, кстати, на самом деле вовсе не «К», а «Л». Но «К» это мало волнует,а точнее — не волнует совсем. Как не волнует и то, что в порядке хронологии следовало бы «К» написать первой, а «С»  — второй. Тем более, что «К», как ни странно, тоже не согласная, а какая-то гласная. Волшебник, в отличие от вас, этим вовсе не шокирован, хотя когда-то это его очень расстраивало — он очень переживал. Кто-то даже говорит, что плакал. А кто-то говорит даже, что умер. Но это наверное враки. Давно это было…

**Поэтому он любит говорить, что она не гласная, а классная. А она вообще любит говорить что вредная. Но это уже не суть.

Так вот, на чём мы остановились? Ах да, если не выключить всё левое, то проблемы начнутся. Левое мешать начнёт страшной мешаниной мешанской. Исходит мешанина из центра «левости» человека — сердца. Оно ох  какое своенравное да упрямое. Не даст человеку работать. И вместо диссертации напишет человек стишок какой-нибудь. Или вообще не напишет, а нарисует.

Так вот, а левописание основано на совершенно несусветной бредятине — там нужно именно позволить сердцу творить всё, что хочет. Правую половину отключать не нужно —ничего ей с разбушевавшимся сердцем не сделать. И начнутся твориться вещи бесполезные и никому не нужные, а то и бесполезные: стишки, поэмки, а то и целые книжонки о каком-то Пути(о каком?о шёлковом,что ль?), о Счастье (древний миф,но живучий, однако), о Любви (а это что такое вообще?). Ни один нормальный человек с такими вещами не сталкивался и вообще думать о них не должен. Неправильно это. И левописание тоже неправильно — потому что левописные тексты учат поступать,жить  неправильно, они учат поступать и жить ХОРОШО. Не то, чтобы следование советам этих левописных текстов вредно, но точно известно, что пользы от этого никакой нет. Вот поэтому не учат в школах левописанию. Только правописание — чтобы люди всегда писали, всегда поступали — да и вообще жили — не ХОРОШО, а ПРАВИЛЬНО.

Волшебник написал на третью букву — букву «М»,которая тоже на самом деле была совсем другой буквой. Эта буква тоже,как и две предыдущие, заставила его когда-то страдать и радоваться, плакать от горя и смеяться от счастья. Эти три буквы отняли у него много сил, поэтому самоурок он решил пока прекратить, дабы отдохнуть. Кроме того, Волшебник серьёзно ждёт и надеется, что «Ю» станет, как ей и полагается, согласной, и тогда в мире всё снова встанет на свои места. И станет в мире не правильно, а хорошо. И снова вернётся к нему способность видеть и слышать всё как есть, вернётся к нему его острый нюх да вкус к жизни. А пока Волшебник лежит в тени своего любимого дерева. И — засыпает…