На Жи

Живут миражи.
И люди немножко — 107 миллиардов.
Там всё как у вас — мне тихонько жужжит
Обшарпанный шар для бильярда.
….
  Безнадёжность и полная бессмысленность бытия обрушилась на Ника ранним воскресным утром и расплющила по кровати. Вот так всегда. В воскресенье засветло глаза открываются и не желают закрыться. Только повседневные дела, накопившиеся за неделю, могут спасти от того, чтобы начать думать… Но у Ника их слишком мало. Всё автоматизировано. Автоматизировано донельзя — стиральная машина, робот-пылесос, супоприготавливалка.
Ник встал, умылся, почистил зубы, и взялся за уборку сам. Вручную. Но прекратил её через полчаса. Потому, что дела совершенно не мешали ему думать, и потому были бесмысленны. Поэтому — кнопки!
 Запустив уборку и чистку еды, Ник встал у окна и начал подглядывать за миром, а мир — мир был, как всегда, великолепен. Он устроил самую что ни на есть ярмарку. Осень кружила разноцветные платья в изящном вальсе, недалеко от фонаря проводились пернатые бои, два четвероногих джентельмена ухаживали за прекрасной дамой. Судя по развитию событий, скоро они должны были вызвать друг друга на дуэль. Люди, кстати, тоже в этот раз почти не отставали от природы, порой даже поражая зрителя изяществом и новизной движений и слов.
 Вот только Ник всего этого великолепия не видел. Он видел ветер, гоняющий умершие листья, дерущихся воробьёв, пускающих слюни кобелей и алкоголика, матом кроющего издевающихся над ним детишек. Всё было удручающе уныло и обыденно. И мысли опять лезли к одному и тому же.
 К тому, что в свои… 30? 40? 50 лет? он не добился ничего. Профессию Ника можно было называть по-разному — например, менеджер по поддержанию порядка, но Ник лишь ухмылялся, когда слышал что-то подобное. Он знал, что работает уборщиком, а не судьёй Дреддом… А кто такой судья Дредд, кстати? Странное какое-то слово…
 У Ника не было женщины, потому что он не смог бы обеспечить ни её, ни семью. Зарплаты уборщика хватало, чтобы он мог спокойно жить, имея всё необходимое. Тем более, что он не часто обновлял свой гардероб, не гнался за различными техническими, культурными новинками. Но женщине нужно большее. А большее с такой зарплатой — невозможно. Его крошечная трёхкомнатная квартирка находилась на третьем этаже старого неавтоматированного домишки на окраине города и досталась благодаря одному из тех редких случаев, когда удача решала почтить его жизнь своим присутствием. А так — так приходилось бы снимать.
 Поэтому слово «неудачник», которое Ник никогда не любил и не произносил, крепко поселилось в его жизни. Оно то пряталось, то проявлялось и ранило счастливым лицом одного из старых знакомых, которые закончили институт, нашли хорошую работу, приносящую деньги и удовольствие, обрели семейное счастье — вокруг Ника было очень много счастливых, довольных жизнью людей, и даже можно сказать, что процент таких людей среди его знакомых был значительно больше, чем по всей стране, да и по всей планете Жи. Их количество планомерно увеличивалось по мере приближения к Нику… Не понимаете, о чём речь? Не спешите.
 Вот и Ник не спешил в то утро. Но поскольку заняться дома было нечем и печальные мысли лезли в голову, он решил выйти из дома и прогуляться. Толку от этого, конечно, не могло быть никакого — за исключением какого-нибудь из ряда вон выходящего происшествия, которое смогло бы занять Ника целиком. Причём в список подобных происшествий не входили пожары, наводнения, атака города годзиллой и нападения инопланетян.
 Чёрный берет Ника равномерно покачивался в человеческом море, успевшем уже залить улицу обычным дневным приливом.  Сутулая фигура Ника проглядывала то тут, то там, он шёл неспешным шагов, а жизнь вокруг него шла своим чередом. Происходило разное. Например, когда Ник проходил мимо дома 25, у бабушки, которая как раз находилась там в гостях у своей подруги, вдруг исчезла язва — как будто её и не было. В доме № 15, когда Ник проходил мимо него, вдруг встала на ноги и заговорила безнадёжно больная девочка, которую накануне перевезли в этот дом умирать из клиники. Не повезло ей. Автокатастрофа, повреждение мозга, которое в лучшем случае приводит к жизни в качестве растения, долгие месяцы борьбы за жизнь прекрасных врачей, и полное их поражение — а тут повезло. Ну, а парень из 14 дома так вообще стоял на табуретке в собственноручно сделанной петле. Но в момент, когда мимо проходил Ник, этому парню  вдруг позвонил  старый знакомый и сказал, что он нашёл деньги на оплату кредита. И пятля была немедленно снята с шеи дабы не мешала исполнять танец счастья.
 А однажды Ник вот так случайно оказался в том же туалете, в который гость из конкурирующей страны(Ник жил в одной из двух мощнейших держав на планете Жи) зашёл ополоснуть лицо. Этот гость занимал очень высокий пост в  державе и был намерен политическими методами устроить мировую войну. Однако в туалете, ополоснув лицо, он вдруг вспомнил своих родителях, о том, чему те его учили. И вдруг позвонила любовь всей его жизни и сказала, что она простила его и просит прощения, что у них есть дочь, которой нужен отец. И иностранный гость вдруг понял, что его дочь, внучка его родителей, должна жить в мире. И переговоры прошли совсем иначе, чем должны были.
 Люди давно что-то начали замечать. Мир полнился слухами о мистической улице, на которой время от времени происходят массовые исцеления и избавления от всех бед. Люди съезжались со всего света и несколько дней бродили по много часов по улице, на которой жил Ник, пока, в конце концов, не подходили к нему достаточно близко. Поэтому улица из когда-то пустынной превратилась в вечно оживлённый бульвар, на котором открывались различные фирмы для удолетворения нужд граждан — народа ведь много ходило, места стали считаться прибыльными…
 Но Ник ничего этого не замечал, не знал. А замечал, что многие над ним смеются, что знакомые его  стесняются, что из -за врождённой неуклюжести немало попортил как вещей, так и настроений. Ему не хотелось жить. Он ругал себя за то, что не решался на самоубийство, но это было страшно и плохо — ему с детства внушали, что это плохо… Но плохо было и то, что он всем мешал и был абсолютно бесполезен. И это перевешивало. Как перевешивала голова, если вцепиться в перила моста и наклониться далеко вперёд. А мост — он уже был здесь. Незаметно для себя Ник дошёл до моста через реку, пересекающую город. И понял, что нужно решаться здесь и сейчас. Иначе всё будет продолжаться, как есть.
 - Смотри, какой-то придурок в реку смотрит. Сейчас ведь свалится.
 - Да выворачивает, наверное. Алкашня по любому. Пускай себе падает. Пошли. Погоди. Я не хромаю. Смотри, я не хромаю! Я могу бегать! Побежали скорей!
 - Стой! Ты куда!
 И два человека, случайно проходившие мимо Ника по мосту, унеслись вдаль. А Ник, прекрасно всё слышавший, выпрямился, посмотрел им в след. Потом повернулся обратно к реке. Пора.
 Он прыгнул с моста в реку. И в ту же секунду, в которую его сердце остановилось, ко всем чудесно исцелённым вернулись их болезни и хвори, через полминуты в результате саботажа началась мировая война, через минуту взорвалась первая атомная электросанция… через 5 минут Жи была уничтожена вместе со всеми живыми существами, находящимися на ней.